Гран При Абу-Даби: Пресс-конференция в пятницу

Участники: Саул Руис де Маркос (HRT), Джон Бут (Marussia Virgin Racing), Росс Браун (Mercedes GP), Мартин Уитмарш (McLaren), Стефано Доменикали (Ferrari), Фрэнк Уильямс (Williams)

Вопрос: Поговорим о недавней встрече в Женеве, где обсуждался вопрос использования командами трех машин. Похоже, единого мнения выработать не удалось, а что скажете вы? Росс, начнем с вас…

Росс Браун: Вопрос о третьем шасси остается открытым, но чего мы точно не должны делать, так это создавать ситуацию, ухудшающую финансовое положение и условия конкуренции для небольших команд, самостоятельно строящих свои машины. Если в пелотоне будет недостаточно участников, дополнительные шасси – один из возможных путей решения проблемы, но лично я бы предпочел видеть в чемпионате как можно больше самостоятельных производителей.

Вопрос: Стефано?

Стефано Доменикали: Прежде всего, этот вопрос не обсуждался в Женеве – его не было в повестке. Как сказал Росс, это тема дальнейшей дискуссии, и здесь, как всегда, важно взвесить все плюсы и минусы, выслушать точку зрения всех заинтересованных сторон. Больше мне сказать нечего. Тему нужно открыто обсуждать, если решение будет во благо Формулы 1, мы непременно его реализуем, а если нет – станем искать нечто иное.

Вопрос: Глава Ferrari поддерживает идею с третьей машиной…

Стефано Доменикали: Конечно, он не раз говорил об этом.

Вопрос: Мартин?

Мартин Уитмарш: Идея выставлять по три машины по-своему интересна. Было бы любопытно увидеть в Формуле 1 Валентино Росси или Себастьена Лёба, но, как сказал Росс, мы должны действовать со всей ответственностью. Философия Формулы 1 требует многообразия команд – у нас есть несколько дебютантов, несколько небольших коллективов, и мы прекрасно понимаем, насколько сложно сформировать бюджет для участия в чемпионате мира. Если Ferrari, Red Bull, McLaren и Mercedes вдруг выставят по три машины, это серьёзно навредит спорту. Да, здесь есть свои плюсы и минусы, совершенно справедливо предложить данный вопрос для открытого обсуждения, но прежде всего мы должны обеспечить жизнеспособную экономическую среду для всех без исключения участников чемпионата.

Вопрос: Джон?

Джон Бут: Сейчас у нас очень хороший состав пелотона – не думаю, что здесь стоит что-то менять. Главное, чтобы любой дебютант самостоятельно строил шасси.

Вопрос: Саул, у вас есть комментарии насчет третьих машин?

Саул Руис де Маркос: С позиции нашей небольшой команды мы тоже видим как доводы за, так и доводы против, но не могу сказать, что мы поддерживаем данную инициативу, или вовсе отвергаем ее. Полагаю, вопрос будет обсуждаться, посмотрим, каким будет итоговое предложение, а уж потом примем решение.

Вопрос: Фрэнк?

Фрэнк Уильямс: Сегодня в чемпионате участвует несколько автопроизводителей, но люди, которые ими управляют, рассуждают категориями прибыли, и если объем продаж падает, расходы тоже должны сокращаться. Могу лишь сказать, что Williams будет участвовать в чемпионате до тех пор, пока на нашем банковском счете есть средства – надеюсь, ещё много лет. Не уверен, что кое-кто из моих коллег может прогнозировать свое будущее настолько, насколько им этого хочется – над ними есть кто-то, относящийся к Формуле 1 не настолько трепетно.

Вопрос: Росс, Нико Росберг, с которым вы продлили контракт, с воодушевлением отзывался о планах команды. Михаэль Шумахер разделяет этот оптимизм?

Росс Браун: Думаю, да. Любая команда, которая недовольна своим текущим положением в чемпионате, пытается повысить конкурентоспособность. Нам удалось заполучить несколько хороших инженеров, осталось помочь им сработаться друг с другом. Пожалуй, в этом заключается моя основная роль – сделать так, чтобы все сотрудники работали на одну цель. Зная наш коллектив, я не сомневаюсь в его блестящих перспективах.

Если команда выступает ниже своего уровня, она должна задуматься над тем, как стать сильнее. Взгляните на Mercedes, McLaren, Ferrari – за последний год каждый из нас сделал все возможное, чтобы усилить структуру команды, стать конкурентоспособнее. Это постоянный процесс, а когда он практически завершен, остаются лишь незначительные коррективы. Мы действительно рассчитываем на серьезный прогресс, Михаэль разделяет наш оптимизм, но для успеха нам придется серьезно поработать.

Вопрос: Стефано, одной из загадок современной Формулы 1 остается переднее антикрыло на машине Фелипе Массы…

Стефано Доменикали: Да, в сумерках оно смотрится особенно эффектно – искры добавляют зрелищности!

Мартин Уитмарш: Не думаю, что здесь есть какая-то загадка.

Вопрос: Хорошо, не будем говорить о загадке. В Индии вы планировали разобраться с причинами столь заметной вибрации, однако здесь картина повторяется…

Стефано Доменикали: Верно – точнее сказать, это очевидно. Мы обнаружили проблему в структуре антикрыла, но, похоже, нам еще не удалось ее устранить.

Вопрос: Почему это происходит только с машиной Фелипе?

Стефано Доменикали: Не знаю, антикрыло изначально предназначалась для машины Фелипе. У нас в команде есть специалисты, которые лучше меня понимают, что поведение антикрыла зависит от множества факторов – настроек, давления в шинах и т.д. Нам еще предстоит во всем этом разобраться, поскольку антикрыло ведет себя совсем не так, как предполагалось.

Вопрос: Это сказывается на управляемости? Фелипе жаловался на поведение машины?

Стефано Доменикали: Нет.

Вопрос: Мартин, сегодня мы встретили Сэма Майкла в боксах McLaren. Какова его роль в команде в настоящий момент?

Мартин Уитмарш: Сэм работает у нас всего несколько дней и пока выступает в роли наблюдателя. Он перешел в McLaren из Williams и в следующем сезоне будет выполнять функции спортивного директора. Нам удалось договориться с Williams, чтобы Сэм перешел к нам чуть раньше и уже зимой имел определенное представление о том, какие изменения следует предпринять.

Вопрос: То есть, сейчас он просто наблюдает?

Мартин Уитмарш: Именно, и я буду огорчен, если впоследствии он не представит нам свое мотивированное суждение. Сейчас у нас такая же организационная структура, какая была на протяжении всего сезона: мы пригласили Сэма потому, что считаем его способным сделать нас сильнее, и такова его задача на следующий год.

Вопрос: Джон, на следующей неделе многие команды будут работать в Абу-Даби с молодыми гонщиками, и вы также пригласили троих спортсменов. Для подобного приглашения может быть несколько причин – привлечение спонсоров, тестирование новых деталей и т.д. Некоторые гонщики давно уже не юниоры, но вопрос не в этом. Расскажите о тех, кого выбрали вы, и чем объясняется ваше решение?

Джон Бут: Начнем с того, что для меня это лучший период сезона – начало работы с молодыми гонщиками. У нас есть три многообещающих кандидата, которые доказали свою конкурентоспособность в других гоночных сериях – приятно предоставить им возможность попробовать себя в Формуле 1. Возможно, они и здесь себя зарекомендуют.

Вопрос: Вы по-прежнему ищете второго гонщика?

Джон Бут: Как я уже говорил, мы оцениваем все варианты и примем решение после Гран При Бразилии. В этом сезоне Жером Д'Амброзио выступил действительно неплохо, но у нас есть еще три достойных кандидата, так что давайте запасемся терпением.

Вопрос: Саул, как обстоят дела в HRT?

Саул Руис де Маркос: С момента нашего прихода в команду в июле нынешнего года мы работали в трех направлениях. Во-первых, доработка существующей машины и постройка новой – здесь мы заключили соглашение с Williams, в рамках которого в следующем сезоне HRT впервые в своей истории получит KERS. Во-вторых, вопрос о штаб-квартире. С точки зрения экономики и логистики переезд в Испании выглядит не вполне оправданным, но у нашей команды испанская лицензия – кроме того, там мы будем ближе к потенциальным спонсорам. Ну и наконец, ситуация с гонщиками – после Гран При Бразилии мы объявим свой новый состав.

Вопрос: Фрэнк, как и в Mercedes, внутри вашей команды произошли значительные кадровые перестановки. Как вы оцениваете все эти изменения – сотрудники, моторы, гонщики – в преддверии нового сезона?

Фрэнк Уильямс: Думаю, выбор двигателя себя полностью оправдает. Нас и Renault связывает немало воспоминаний – кроме того, они всегда работали практически безупречно. Кадровые перестановки? Посмотрим, что из этого получится. С моей стороны было бы неуместным рассуждать, чего мы ждем от конкретного сотрудника…

Вопрос: А гонщики?

Фрэнк Уильямс: Вопрос остается открытым. Уверен, одна из машин достанется Пастору Мальдонадо. Вторая, возможно, Рубенсу Баррикелло, но до разговора с ним самим мы бы не хотели делать выводы.

Вопросы с мест

Вопрос: (Хейкки Культа – Turun Sanomat) Фрэнк, 10 лет назад вы хотели заполучить Кими Райкконена. Сейчас вы по-прежнему заинтересованы в его кандидатуре?

Фрэнк Уильямс: Я знаю, что он мог бы прийти к нам, но здесь слишком много предположений, и я, пожалуй, воздержусь от комментариев.  

Вопрос: Вы следите за его карьерой в ралли?

Фрэнк Уильямс: Я не поклонник раллийных гонок.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) В продолжение темы. Мартин и Стефано, Кими выступал за обе ваши команды – каким советом вы могли бы поделиться с Фрэнком?

Мартин Уитмарш: Постараться подписать с ним контракт. Все мы знаем: Кими по-настоящему быстр, но многие наверняка недооценивают его рациональность. Надеюсь, он по-прежнему жаждет успеха и все еще не утратил способность удивлять. Его возвращение стало бы фантастическим событием для Формулы 1! Не думал, что мне придется советовать Сэру Фрэнку, кого ему следует нанимать, но будет здорово, если он сможет договориться с Кими.

Стефано Доменикали: А я не стану давать советов Фрэнку – он работает в Формуле 1 намного дольше меня. Конечно, я хорошо знаю Кими как талантливого и очень быстрого гонщика. Стоит напомнить, что на сегодняшний день Кими – последний, кто выиграл титул вместе с Ferrari, и если он все-таки вернется, то наверняка захочет доказать, что по-прежнему остается сильнейшим.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Могу я продолжить беседу с Джоном и Саулом? Обе ваши команды меняют местоположение своих штаб-квартир: одна переезжает в зону с развитой спортивной инфраструктурой, другая, наоборот, уезжает из нее. Кто в данном случае прав?

Джон Бут: Есть нечто общее – обе команды переезжают на юг. Да, Валенсия – замечательный город, но мы все-таки расположимся в Бэнбери.

Вопрос: Не могли бы вы пояснить причины такого выбора?

Джон Бут: Мы решили, что для нас будет гораздо лучше разместить всю команду на одной площадке. В июне у нас была масса лишних перемещений, поэтому мы решили взять ситуацию под контроль и иметь одну общую базу вместо трех разрозненных.

Вопрос: Саул?

Саул Руис де Маркос: По-моему, наше решение тоже верное. Мы – одна из самых медленных команд в пелотоне, и по сравнению с другими участниками чемпионата нам приходится решать несколько иные задачи. Прочие команды работают практически в идентичных условиях – посмотрим, насколько правильным окажется мой выбор, но, как мне кажется, это оправданный подход: действовать по-другому, нежели конкуренты. Если бы мы входили в группу лидеров, я не стал бы поступать таким образом, но пока мы вынуждены работать именно так.

Вопрос: (Симон Касс – Daily Mail) Стефано, с чем сложнее смириться: с прошлогодним проигрышем титула здесь в Абу-Даби, или с ситуацией в нынешнем сезоне, когда результаты команды оказались далеки от ожидаемых?

Стефано Доменикали: Когда приезжаешь на трассу, на который ты боролся за титул, но в итоге его упустил, поневоле вспоминаешь каждый метр той гонки. Но природа спорта такова, что нет смысла оглядываться назад – нужно смотреть вперед, и тот факт, что в нынешнем сезоне мы выступили недостаточно успешно, вызывает у нас гораздо большую досаду. Как сказал Росс, сейчас основная задача – сделать все возможное, чтобы добиться прогресса в следующем году. Поэтому мы во многом смирились с поражением, однако победа всегда будет оставаться нашей единственной целью.

Вопрос: (Дитер Ренкен – The Citizen) Два вопроса для Саула. Первый – о графике переезда в Испанию. В прошлом году ваша машина была построена в Италии, доработана непосредственно на трассе, после чего модифицировалась уже в Германии. Сейчас у вас практически та же самая машина, и над ней точно так же работают в Германии. Вы говорите о переезде в Испанию – в какие сроки он будет осуществлен? Второй вопрос – почему вы решили инвестировать средства в команду? Речь идет о долгосрочных вложениях, или вы намерены вскоре продать HRT?

Саул Руис де Маркос: Что касается первого вопроса, мне не хотелось бы говорить о событиях прошлого года, когда нас в команде ещё не было. Потом появился план, мы старались действовать предельно осмотрительно и объявляли о каких-либо событиях лишь тогда, когда эффект становился очевидным – скажем, любой мог заметить, что наша штаб-квартира отныне находится в Валенсии, пришлось сделать заявление. Мы постарались объединить под одной крышей гоночную команду, бригаду тестеров и сопровождающие подразделения. Технический отдел по-прежнему будет располагаться в Мюнхене, где с августа нынешнего года уже идет работа над новой машиной. Надеюсь, мы сможем выставить ее уже на первые зимние тесты.

Что касается второго вопроса – мы инвесторы, это можно прочесть, скажем, на нашем сайте. Однако для нас Формула 1 – совершенно иной вид бизнеса, открывающий новое поле для деятельности, поэтому у нас нет каких-либо четких сроков вывода средств: мы можем остаться здесь навсегда, а можем и продать активы. Впрочем, второй вариант возможен лишь спустя, по меньшей мере, три года, так как нам интересно завершить начатый проект. Если результат устроит, мы наверняка никуда не уйдем.

Вопрос: (Мануэль Франко – AS) Саул, вы планируете пригласить в команду испанского гонщика?

Саул Руис де Маркос: Надеюсь, но пока не могу говорить определенно. На следующей неделе мы планируем поработать с Дани Клосом, который сегодня стал вторым в GP2. Возможно, в следующем году он станет чемпионом серии, так что если не в ближайшее время, то, скорее всего, через пару лет у нас действительно появится испанский или латиноамериканский гонщик.

Вопрос: (Кейт Уолкер – Girl Racer) Хотелось бы узнать подробности недавнего совещания в Женеве, особенно по вопросам, касающимся финальной квалификационной сессии и специальных шин…

Мартин Уитмарш: В Формуле 1 проходит множество различных совещаний, но интерес к тому, что обсуждается за закрытыми дверями, кажется немного странным. Нужно понимать, что некоторые дискуссии не могут быть публичными по определению, однако я все-таки постараюсь ответить на ваш вопрос.

У нас было серьезное обсуждение – не только в рамках Комиссии Формулы 1, но и в целом среди участников чемпионата – о том, стоит ли предоставлять дополнительный комплект шин на финальную квалификационную сессию. Как вам известно, причиной этого стал факт, что некоторые команды из соображений тактики предпочитают вовсе не выезжать на попытку.  В процессе дискуссии мы сошлись во мнении, что действующий формат квалификации достаточно интересен. Многие из нас помнят, как за последние несколько лет мы неоднократно меняли систему квалификации, причем зачастую ситуация от этого только ухудшалась – сейчас мы должны внимательно взвесить все факторы, прежде чем принять окончательное решение.

В конце концов, для людей, находящихся на пит-уолл, квалификация всегда связана со значительным нервным напряжением: даже если вы относите себя к топ-командам, вам все равно приходится выкладываться на 100%, чтобы пройти во вторую сессию на более жестких и, следовательно, более медленных шинах, и в этом плане действующий формат работает очень здорово. И если команда из середины пелотона все-таки пробилась в финальную сессию, вполне логично, что для этого ей пришлось проехать чуть больше кругов, чем фаворитам – в итоге у нас сложилось общее мнение, что нам не следует менять существующую ситуацию. Как мне кажется, нет никакой проблемы в том, что кто-то предпочитает опираться на тактику – да, нам еще предстоят кое-какие обсуждения, и если кто-то из моих коллег желает что-то добавить, возможно, это больше все прояснит…

Росс Браун: По-моему, финал квалификации очень интересен. В самом деле, когда речь идет о битве за поул, болельщики сосредотачивают все свое внимание на фаворитах, а для других команд возможность сыграть на тактике является, своего рода, дополнительной опцией. Как сказал Мартин, главное – не сделать хуже, поскольку сейчас мы имеем действительно зрелищный формат, а последняя попытка лидеров всегда получается крайне захватывающей. В такой ситуации отказ других участников от выезда из боксов уже не настолько важен…

Вопрос: (Алан Болдуин – Reuters) Вопрос для Фрэнка и руководителей команд, сидящих позади. У каждого из вас есть спонсоры с Ближнего Востока. Как, по-вашему, может сказаться на Формуле 1 риск серьезной экономической рецессии в Еврозоне? Не придется ли вам искать финансирование за пределами Европы?

Фрэнк Уильямс: Я занимаюсь своим делом и не могу давать комментарии, поскольку не представляю в полной мере, откуда мы сможем получать финансирование в долгосрочной перспективе. Полагаю, оно все равно будет поступать из Европы, поскольку сам чемпионат базируется в Европе, большинство зрителей проживают в Европе… Впрочем, у людей, сидящих позади меня, наверняка лучший нюх на деньги – их команды всегда смогут привлечь достаточно средств.

Росс Браун: Думаю, команды найдут выход из ситуации – как сказал Фрэнк, они весьма изобретательны. Я не пытаюсь сменить тему, но сейчас мы активно работаем над Соглашением об ограничении ресурсов, и если потребуется, можем сделать его еще более жестким. Уверен, нам по силам приспособиться к меняющимся условиям.

Стефано Доменикали: Вопрос актуален не только для Формулы 1. Мир меняется, и чемпионат, как любая бизнес-структура, должен меняться соответствующим образом, чтобы не упустить потенциальные возможности и новые рынки. Ferrari была одной из первых, кому удалось привлечь финансирование с Ближнего Востока, и сейчас мы стараемся договориться со спонсорами из других уголков земного шара. Деятельность нашей компании, как вам известно, не ограничивается Формулой 1 – мы продаем спортивные машины в различных странах, Ближний Восток, в частности, один из наиболее перспективных рынков сбыта, поэтому нам важно сохранить здесь интерес к чемпионату. У Формулы 1 огромный маркетинговый потенциал, она должна реагировать быстрее других спортивных дисциплин и меняться с целью укрепления собственного бренда.

Мартин Уитмарш: Любой из команд очень непросто привлечь финансирование в объеме, достаточном для участия в чемпионате. В конце 2008 – начале 2009 годов у нас уже был серьезный кризис, во время которого чемпионат покинули Honda, Toyota и BMW, но те, кто смог остаться, проявили свои лучшие качества и среагировали действительно здорово. Возможно, сейчас мы даже чувствуем себя в какой-то степени комфортно, но очередная непростая ситуация наверняка заставит нас задуматься, что мы должны сделать вместе.

Вопрос: (Стефан Лемере – La Derniere Heure) Джон, что необходимо сделать Жерому Д’Амброзио, чтобы остаться в команде на следующий сезон?

Джон Бут: По ходу дебютного сезона Жером работал просто фантастически и наверняка не станет снижать планку в оставшихся двух гонках. Если он продолжит в том же духе, то наверняка окажется среди претендентов на место в кокпите.

Вопрос: (Йорис Фиорити – Agence France Presse) Вопрос о Соглашении об ограничении ресурсов. Две недели назад Стефано сказал, что внутри FOTA возник «кризис доверия» и существование ассоциации поставлено под угрозу. Возможен ли выход из сложившейся ситуации, и если да, то когда это произойдет?

Мартин Уитмарш: Думаю, нужно рассматривать вопрос в контексте общей темы. Технический и спортивный регламенты прописаны довольно четко, но в силу конкурентной и, в какой-то степени, параноидальной природы чемпионата, всегда будут возникать вопросы, соответствует ли машина правилам, не слишком ли сильно прогибается антикрыло – извини, Стефано – или другой аэродинамический элемент. Конфликты неизбежны, поэтому мы пытаемся взять на контроль объем ресурсов. Это тоже путь проб и ошибок: в Формуле 1 работают очень изобретательные люди, которые будут пытаться найти лазейки в техническом, спортивном регламенте, финансовых ограничениях – такова суть конкуренции. Иногда кто-то выходит за рамки дозволенного, тогда начинаются противоречия, но нам по силам с ними справиться.

Нужно помнить, сколь много было сделано в предыдущие годы. Сейчас FOTA стоит перед непростым вызовом, однако мы должны работать сообща – уверен, у нас получится найти выход из сложившейся ситуации и вернуть доверие. Опять же, всё может повториться через год, через два года, ведь каждый из нас старается превзойти соперников и добиться максимальной конкурентоспособности даже в условиях строгих ограничений.

Вопрос: (Дитер Ренкен – The Citizen) Фрэнк, ваша команда, пожалуй, первой получила поддержку от спонсоров из Ближнего Востока – это произошло еще в начале восьмидесятых. Вы предполагали, что этот регион когда-нибудь будет принимать сразу два этапа чемпионата мира?

Фрэнк Уильямс: Участвовать в гонках и выступать спонсором – несколько разные вещи, однако не скрою: я удивлён тем, что Ближний Восток принимает уже два Гран При. Думаю, так будет на протяжении ещё многих лет, ведь люди, живущие здесь, хотят считать себя частью мира, они следят за своим здоровьем, много путешествуют и стараются заполучить только лучшее. Уверен, они всегда будут стараться доказать, что способны провести лучший этап Формулы 1 в мире, и это стремление с годами вряд ли угаснет.  

Вопрос: (Хейкки Культа – Turun Sanomat) Фрэнк, какие у вас планы насчет кандидатуры Валтерри Ботаса?

Фрэнк Уильямс: Все зависит от того, насколько он быстр. Да, он выглядит весьма неплохо, но я мало о нем знаю. Думаю, мы еще поработаем с ним на тестах.

Вопрос: (Гатан Винерон – RTBF) Джон, если вы пригласите новичка, это означает, что команде во многом придется начинать все с нуля. Каким образом это может помочь? Стабильность считается лучшим базисом для прогресса…

Джон Бут: Для стабильности у нас есть Тимо Глок – опытный гонщик, с которым подписан долгосрочный контракт. Я понимаю, на что вы намекаете, но готов повторить: мы оценим результаты юниорских тестов, а окончательное решение будет принято после этапа в Бразилии.

Вопрос: (Наосе Хологан – Manipe F1) На следующей неделе состоятся тесты с участием молодых гонщиков. Некоторые спортсмены самостоятельно платят за такую возможность, но, скажем, McLaren пригласила гонщика, которого трудно назвать юниором. Вам не кажется, что сама концепция молодежных тестов должна быть пересмотрена?

Мартин Уитмарш: Думаю, Гэри Паффет достаточно молод – по крайней мере, для Формулы 1. Кроме того, он очень талантлив и действительно заслужил возможность поработать с нашей машиной. Гэри на протяжении нескольких лет работал в Mercedes, затем в McLaren, и если какая-либо из действующих команд вдруг захочет подписать с ним контракт, мы не станем этому препятствовать.

Джон Бут: По-моему, критерии отбора молодых гонщиков вполне определены – не вижу смысла их менять.

Вопрос: (Джо Савар – Grand Prix Special) Джентльмены, с точки зрения бизнеса самый быстрый способ повысить доходы команд – это увеличить выплаты от телевизионных трансляций. Возможен ли такой вариант, что все команды совместно выкупят права на трансляции, чтобы впоследствии самостоятельно делить прибыль и решать вопросы с банками, как это сейчас делает холдинг CVC? Если нет, то почему? Мартин?

Мартин Уитмарш: Вопрос в том, с кем вы разговариваете о возможной продаже Формулы 1. Возможны любые варианты, но громкие заявления, как правило, не способствуют нормальной рабочей обстановке. Что нам действительно необходимо, так это сотрудничество между командами, FIA и держателями коммерческих прав. Однако мы не станем отрицать стремление со временем сделать команды полноправными участниками всего процесса. Это было бы вполне разумно, но сперва нужно удостовериться, что экономические условия позволяют осуществить задуманное.

Стефано Доменикали: Вы знаете, что у нас есть определенные обязательства не обсуждать самые сложные вопросы, поскольку любое заявление может быть воспринято превратно и использовано во вред. Пожалуй, я воздержусь от ответа.

Росс Браун: По-моему, есть логичное распределение обязанностей: команды думают о гонках, держатели коммерческих прав эти гонки продвигают, а FIA контролирует соблюдение правил. Проблема лишь в распределении доходов, и если решить этот вопрос, к остальному нет никаких претензий. Если какая-либо из сторон будет действовать нечестно, могут возникнуть проблемы, но сейчас ситуация устраивает практически всех, а сложным моментом остается лишь распределение доходов…

Фрэнк Уильямс: Хочу поблагодарить Росса за очень корректную и справедливую оценку ситуацию. Он абсолютно прав.

Джон Бут: Могу лишь добавить, что нам, возможно, стоит присмотреться, как решаются подобные вопросы в других видах спорта и в различных странах. Выводы могут быть интересными.

Перевод: Валерий Карташев