Ральф Шумахер: Возвращение Михаэля принесло пользу Ф1…

Ральф Шумахер не готов согласиться с критиками его старшего брата, считая, что возвращение Михаэля в Формулу 1 принесло пользу всему спорту. Разумеется, прежде всего, журналистов Welt am Sonntag интересовали последствия Гран При Венгрии, где семикратный чемпион мира позволил себе излишне рискованный маневр против Рубенса Баррикелло, за что и был впоследствии наказан…

Вопрос: Возможно, впервые в карьере вашему брату пришлось принести извинения за маневры на трассе. Насколько это было трудно?

Ральф Шумахер: Иногда Михаэля изображают каким-то бесчувственным роботом, но, по-моему, это абсолютно неправильно. Он не такой. Проанализировав маневр, он принес извинения, потому что осознал свою ошибку. И сейчас ему нужно поверить…

Вопрос: Но гонщики Формулы 1, как бывшие, так и действующие, по-прежнему настроены скептически. Дэвид Култхард, Джеки Стюарт, Алекс Вурц и другие считают, что в той ситуации Михаэль подвергал себя и соперника смертельному риску.

Ральф Шумахер: Это старая история. Михаэль – самый успешный гонщик Формулы 1, и к нему всегда относились критически, особенно сейчас, когда он вернулся в спорт, а его дела идут не слишком успешно. Да, маневр был жесткий, но это лишь говорит о том, насколько серьезно Михаэль относится к своей работе. Кстати, из кокпита ситуация порой представляется гонщику не столь драматично.

Вопрос: В различных критических ситуациях Михаэль совершал отчаянные поступки. Как еще трактовать его  маневры в Аделаиде в 1994-м, в Хересе в 1997-м и в Монте-Карло в 2006-м?

Ральф Шумахер (улыбается): Я не настолько хорошо владею информацией о его прежних грехах!

Вопрос: В 2001-м году на Нюрбургринге вы оказались примерно в такой же ситуации, как Рубенс Баррикелло в Венгрии неделю назад: брат притер вашу машину совсем близко к стене. На трассе для него не существует родственников?

Ральф Шумахер: Михаэль тогда неплохо стартовал, но потом несколько замедлился, хотя его машина была лучше моей. Он просто хотел что-то предпринять, чтобы как-то отыграться. Он никогда не признавал компромиссов, и для него не было разницы, кого атаковать: напарника по команде или родного брата.

Вопрос: В то время вы реагировали не так спокойно…

Ральф Шумахер: Сначала даешь выход эмоциям, но через несколько часов, после бокала вина или хорошей сигары начинаешь смотреть на вещи по-другому. Мы с Михаэлем незлопамятные.

Вопрос: Сколь сильны амбиции Михаэля по сравнению с прежними временами?

Ральф Шумахер: Ничего не изменилось, но сейчас он уже готов к определенным компромиссам. Раньше его критиковали за то, что был излишне прямолинеен и холоден, а теперь, когда он воспринимает все несколько более расслабленно, это принимают за недостаток амбиций. Но это неверно… Ясно одно: его возвращение пошло на пользу всей Формуле 1, а не только ему.

Вопрос: Вернувшись в Формулу 1, ваш брат полагал, что он по-прежнему будет получать удовольствие от гонок. Но это вряд ли возможно, если он ведет борьбу лишь за место в первой десятке…

Ральф Шумахер: Это правда, трудно получить удовольствие, если финишируешь 11-м. Он рассчитывает на большее. Я тоже часто расстраивался, когда ситуация в гонке складывалась не так, как мне хотелось. Ночью не мог заснуть, корил себя за ошибки… Но это чувство постепенно уходит.

Но Михаэль три года не выступал в Формуле 1 и сейчас соревнуется с лучшими гонщиками в мире. Уже это приносит непередаваемое ощущение, которые не понять непосвященным. Например, я никогда не забуду, какое удовольствие я получил, сев за руль Williams спустя три месяца после травмы.

Вопрос: После трехмесячного перерыва вы неплохо выступали, но он пропустил три года! Удастся ли ему наверстать?

Ральф Шумахер: Это тяжело, но возможно. Уже в этом сезоне Михаэль несколько раз демонстрировал, что скорость у него есть…

Вопрос: Такое впечатление, что в попытках добиться успеха он готов идти на серьезный риск. Вам бывало страшно за брата?

Ральф Шумахер: Когда возникает риск аварии, я переживаю. У нас хорошие отношения, и в последнее время мы сблизились, поскольку наши дети вместе проводят время на картодроме. Но Михаэль знает цену риска, поэтому я за него не боюсь…